- У вас здесь всегда так людно?

- Понимаешь, елки-палки! - возбужденно сказал Васька. - Понимаешь: ничего не понимаю… Куда все подевались? Субботник какой-нибудь в колхозе? Или что - елки-палки…

- А не наша ли машина? - спросил Павел.

Дальше по улице, метрах в пятидесяти, стоял грузовик.

- Наш, елки-палки! ОМН-42-41. - Васька кинулся туда, добежал, прильнул лицом к стеклу и замахал руками - никого нет.

- Я слезаю, - сказала Аня.

- Подожди, - ответил Павел. Васька вернулся.

- Ну дела, елки-палки!..

- Ты хоть бы потише, - сказала Аня, - я все-таки женщина.

- Виноват, елки-палки, - сказал Васька и схватил Павла за рукав: - Ты смотри, смотри, шеф, резина у него какая - видишь, колеса просели, на одних костях стоит. Довели «Зилок». Ну, Петру-ха… ну шоферила…

- Сейчас все выясним, - Павел приказал Ваське: - Пойдешь со мной… - Ане: - От машины не отлучаться.

- А вы надолго?

- Ни в магазин, ни в парикмахерскую - никуда!

- Не очень-то командуй, - сказала Аня.

Павел толкнул дверь, она была открыта. Васька пошел за ним, крутил головой:

- Ну напарничек у меня, елки-палки… Ну водила безрогий…

Аня не решалась слезть с машины, так и сидела в кузове. Увидела их, обрадовалась.

- Ой, ребята, наконец! Я так боялась, так боялась… Кругом - никого. Тишина какая-то противная. Честное слово, показалось, что вы тоже уйдете и больше уже не вернетесь…

Тут она разглядела их лица, спросила тише:

- Что случилось, ребята?

- Дай-ка закурить, - сказал Павел Ваське. Васька полез в карман - не тот, полез в другой -_: опять не тот, вытащил мятый «Беломор», пальцы не могли схватить папиросу, сказал:

- Надо сваливать. Слышишь, шеф, надо рвать отсюда…

- Ну что случилось? - Аня перевесилась через борт. - Вы мне скажете или нет, Паша!

- Не кричи, - посоветовал Павел. Васька с испугом посмотрел на него и завертелся, озираясь.